повернутися Ї: дискусія

Движения протеста как политическая стратегия
("Stratfor", США)

Недавние протесты в Судане стали последним примером расширяющегося по всему миру протестного движения, от сторонников «Братьев-мусульман» в Египте до нефтяников в Норвегии и оппозиционных партий в Таиланде. Протесты оказались эффективной стратегией в борьбе против автократических режимов, политических репрессий и мер строгой экономии. Как и повстанческая борьба, протестное движение опирается на поддержку населения, а не на силу превосходящего оружия. И повстанческие движения, и протестные являются формой асимметричного сопротивления, и в этом сопротивлении повстанцы и протестующие не могут добиться успеха, используя силу, чтобы взять верх над государством. Они должны находить (или создавать) и использовать конкретные "слабости" государства. 

Однако, протестные движения не столь агрессивны, как повстанческие. Насилие - это неотъемлемая часть партизанской борьбы, а движение протеста может быть лишь тактическим приемом в переговорном процессе, чтобы добиться уступок от государства или корпорации. Забастовки - это одна из наиболее распространенных форм протеста, используемая для борьбы трудящихся за повышение зарплат или увеличение льгот. В мире каждую неделю происходят тысячи протестов - таких, как забастовки. В основном, они незначительны и незаметны за пределами группы протестующих. Чтобы понять геополитическое значение протестных движений, в этой статье будет предпринята попытка анализа протестов с целью достижения политических перемен.

Иногда протесты могут привести к действиям повстанческих сил. Так, в Сирии гражданское население выходило на улицы и площади с призывами к политическим переменам, но когда ответные действия государства стали ужесточаться, часть движения сформировала ополчение, которое начало партизанскую борьбу параллельно движению протеста. А когда в Сирии произошла эскалация насилия, тактика партизанской борьбы постепенно вытеснила тактику протестов. 

Но не все протесты перерастают в партизанскую борьбу. Часть из них режим подавляет, а остальные добиваются своих целей иными способами и средствами. Конечная задача анализа протестных движений заключается в том, чтобы провести различие между движениями, способными добиться успеха и изменить существующий порядок в стране, и движениями, которые быстро выдыхаются, успев стать темой лишь нескольких газетных статей. Stratfor проводит такое различие, глядя на тактику, применяемую той или иной группой протестующих, а также - на стратегические императивы государства, против которого организуется движение протеста.



Тактика протеста


Протестные движения обычно начинаются, обладая гораздо меньшими ресурсами и организованностью, чем те, против кого они выступают. Они ведут асимметричное сражение против государства, у которого намного больше ресурсов для использования против протестующих. Например, Движение 6 апреля, стоявшее за протестами в Египте в 2011 году, получило свое название по дате 6 апреля 2008 года, когда египетские власти подавили зарождавшееся политическое молодежное движение, проведя серию арестов. Государство тогда сумело довольно быстро покончить с этим движением. Так заканчивается большинство протестных
движений.  

Те группы, которым удается выжить, должны обладать гибкими организационными возможностями и чутко реагировать на происходящее. Они также должны контролировать представления о том, за что выступают они сами и их оппоненты. 



Организация 

Когда движение начинает добиваться успехов, организовывать протесты становится все опаснее. Власти до определенного момента готовы мириться с политической активностью, видя в ней способ выпустить пар. Власть успокаивает протестующих, заставляя их думать, что они добиваются изменений. Но когда протестное движение разрастается, она начинает действовать более агрессивно, чтобы нейтрализовать организаторов. Настоящие движения протеста могут оказаться успешными, если им удастся пережить череду арестов, атаки полиции с дубинками и встречные протесты сторонников властей. 

Другой важный элемент в организации протеста - это согласованность его идей и сигналов. Использование одинаковых лозунгов и транспарантов, а также родившихся в массах призывов, особенно если протесты проходят в нескольких городах, указывают на единого организатора, будь то отдельный человек или комитет. Централизация протестного движения имеет ключевое значение, ибо это означает лучшую координацию и более оперативное принятие решений в ответ на возникающие препятствия. А позднее, если движение окажется успешным, появится человек или группа людей, которые сумеют воспользоваться энергией протеста в политических целях.

Степень дисциплинированности, демонстрируемая членами движения, - это еще один важный показатель его организации. Исключительно важно, чтобы движение протеста оставалось на большой нравственной высоте. Иначе его оппонентам будет очень просто очернить демонстрантов, назвав их ворами, бандитами или хулиганами. Когда движение протеста насчитывает десятки или сотни тысяч человек, организаторы не могут сами поддерживать в нем дисциплину. Однако, они могут признать важность дисциплины и ввести правило нулевого насилия во всем движении, добиваясь его выполнения за счет мер безопасности на низовом уровне. 

Протестное движение становится успешным, когда большие группы людей собираются, но воздерживаются от применения той совершенно очевидной силы, которой они обладают, и не занимаются мародерством, кражами и совершением других преступлений в хаосе уличных протестов. Такое воздержание говорит о дисциплине, а дисциплина говорит об управляемости этой, по сути дела, гражданской армии. 



Восприятие
 

В самом начале организаторы протестов должны преодолеть попытки властей рассеять возникшее движение, а также устранить отсутствие легитимности. Протестные движения обычно начинаются с малого и представляют пограничные мнения в обществе. Чтобы увеличить численность движения, организаторам надо убедить других людей в том, что протестами можно отстоять и их интересы. Один из способов добиться этой цели – сделать вид, что небольшие демонстрации намного масштабнее, чем они есть на самом деле. Тем самым, люди убеждаются в том, что протесты представляют интересы большинства. 

Протестные движения часто манипулируют своими демонстрациями, чтобы показать их масштабность. Если на митинг приходит лишь несколько сотен человек, он покажется маленьким и незначительным посреди огромной центральной площади. Демонстрация покажется более внушительной и грозной, если пройти по узкой и извилистой улице, которая скрывает длину процессии и усиливает шум от нее. Это не значит, что протестные движения, проводящие демонстрации на узких и извилистых улочках, обязательно малы. Но если это действительно так, значит, кто-то умело выбрал место для их проведения. Знание того, когда и где проводить демонстрации, указывает на искушённость протестного движения. 

Очень часто наличие картинки протеста указывает на его техническую и медийную подготовленность. Умудренные организаторы протеста обязательно известят средства массовой информации  перед началом демонстрации, чтобы ее гарантированно показали в эфире. А наиболее искушенные движения предоставят СМИ символичные кадры протестов для их тиражирования. Хорошим примером стал случай, когда иранские студенты в ноябре 2011 года проникли за периметр британского посольства в Тегеране. На месте были десятки журналистов и операторов (многие подготовили штативы для камер на выгодных позициях), которые запечатлели символический момент. В том случае прорыв на территорию посольства не причинил особого ущерба, однако иранские власти так раздули свое демонстративное пренебрежение к безопасности дипломатов, что Британия со временем закрыла свое диппредставительство. Картинка сцен протестов крайне важна для их анализа; если сцены хорошо подготовлены, а фон создан, то, наверняка, за этим стоит организатор, постаравшийся подать соответствующие сигналы.

Восприятие становится реальностью, когда страх перед режимом улетучивается. Деспотичные режимы правят благодаря страху, а когда страх демонстрантов перед режимом исчезает, и они начинают осознавать, что обладают силой и могут добиться перемен, протесты зачастую могут быстро привести к победе. Это показало стремительное падение бывшего румынского президента Николае Чаушеску в 1989 году. Однако, преодоление страха не всегда гарантирует успех. Власти порой могут прибегать к чрезвычайно жестким силовым мерам, чтобы противостоять утратившим страх демонстрантам. Именно так было на площади Тяньаньмэнь в 1989 году. В ходе сирийского восстания в 1982 году страх перед режимом не исчезал, и протесты были быстро и решительно подавлены всего за несколько недель. В сегодняшней реинкарнации сирийского оппозиционного движения страх перед режимом был сломлен, и оно существует уже больше года.



Опора государства 


Если тактика протестного движения проанализирована и названа организованной и утонченной, пора переходить к оценке стратегических слабостей и недостатков государства, которые движение может использовать для собственной выгоды. Государство правит, контролируя ключевые основы общества, через которые оно осуществляет власть над населением. Среди этих основ - силы безопасности (полиция и армия), судебная система, чиновничий аппарат и профсоюзы. Если движение протеста пытается свергнуть правительство, а не просто добиться от него уступок, то оно будет работать над ослаблением основ государственной власти. Если лишить государство поддержки одной или нескольких таких основ, его власть ослабнет, и оно уже не сможет эффективно управлять страной. В этот момент протестное движение начинает брать на себя власть над институтами. 

Следовательно, важно дать оценку ключевым основам государственной власти, которые протестное движение избрало в качестве мишени. Stratfor провел такую оценку в Сирии и выделил в качестве таких основ клан Асада, единство алавитов, господство партии Баас и контроль над армией и разведкой. Сирийская оппозиция может применять самую изощренную тактику, но если эта тактика не ослабит одну или несколько опор государства, оно сможет и дальше властвовать в стране.



Контекст 

И наконец, рассматривая общую степень воздействия протестного движения, нельзя не признать значимость контекста. Одни государства терпимее относятся к протестам, чем другие. Обычно открытые демократические государства толерантнее, чем закрытые и репрессивные, потому что там система безопасности является не такой важной опорой власти, как в закрытых государствах. Например, в Таиланде протесты происходят регулярно, и число участников исчисляется десятками тысяч. В 2009 году из-за протестов был закрыт аэропорт Бангкока и даже сорвана работа конференции АСЕАН. Но основы государства остались в целости и сохранности.

Между тем, в протестах в Судане, которые начались 16 июня, участвует лишь несколько сотен человек, но они приковали к себе внимание СМИ. Поскольку Судан имеет репутацию репрессивного государства, даже такие небольшие протесты могут спровоцировать мощные ответные действия со стороны властей. У Таиланда - множество государственных институтов, в том числе - монархия, и он осуществляет свою власть через все эти институты. А суданский режим при утверждении своей власти в большей степени полагается на силы безопасности и доходы от продажи энергоресурсов. Он - менее терпим даже к слабым угрозам этим основам государства. Stratfor внимательно наблюдает за Суданом, пытаясь понять, переживет ли там протестное движение жестокое преследование со стороны сил безопасности.

Поняв, как движение протеста работает, насколько эффективно оно выделяет и использует слабости государства, против которого выступает, мы сможем оценить, насколько успешным может стать такое движение.

 

Оригинал публикации:  Protest Movements as Political Strategy

Джерело: http://oko-planet.su/politik/politiklist/126167-dvizheniya-protesta-kak-politicheskaya-strategiya-stratfor-ssha.html





 

Яндекс.Метрика